Восхождение на Эльбрус – Перед штурмом | Туристический вестник

Восхождение на Эльбрус - Перед штурмомВысота в горах странным образом действует на сознание человека. Не то острое восприятие высоты, когда в свободном подъеме по крутому скальному склону ты провожаешь взглядом каменный обломок, отправленный в долгое падение вниз неосторожным движением ищущего опоры ботинка.

И не восторженное ощущение высоты, когда, поднявшись на отполированный текущими ледниками гладкий «бараний лоб», ты озираешь раскинувшуюся под тобой цветущую долину. А та высота, которая заставляет на восхождении  убывать твои силы вместе с кислородом тяжело вдыхаемого воздуха.  Которая долгими часами изнуряет на маршруте, сдавливая затылок тупой пульсирующей болью. Которая сжигает высокогорным ультрафиолетом лицо, заставляя подслеповато щуриться от частичной потери зрения. И которая обрывает в голове все хоть немного связанные мысли, кроме одной, доминирующей – Вверх и Вперед.

Вершину Эльбруса в тот ветреный августовский день штурмовало одновременно около двухсот восходителей. Со всего мира люди. Английскую и немецкую речь идущих недалеко от меня групп  я слышал еще пару дней назад в бочках базы Гара-Баши. Гористее двигались маленькие фигурки азиатов, а параллельно мне растянулись цепочкой норвежцы, так про них говорил МЧСовец Хасан. Для того, чтобы удачно взойти на Западную вершину высшей горы Европы, надо было вылезать из теплого спального мешка в два часа ночи.

В день перед восхождением я поднялся от «Бочек», где проживал последние три дня, совершая акклиматизационные выходы по ближайшим ледникам и окрестным скалам, до высоты 4.150. В этом месте гигантский язык ледника пропахал в базальте широкую, до 200 метров, борозду полукилометровой длины.

Разбил я палатку под прикрытием морены, сложенной из блестяще-черных базальтовых обломков. Рядом, на нескольких ровных площадках покрытого фирном льда, обосновалось еще несколько групп восходителей. Этим путем пролегает классический маршрут на вершину Эльбруса, от поляны Азау по канатной дороге до начала ледовых полей, затем мимо бочкообразных «коттеджей» Гара-Баши и рядом со вновь отстраивающимся Приютом Одиннадцати.

Вечерело. Прорубь, пробитая к струе идущего в ледовой трещине ручья, покрылась коркой льда, которую уже с трудом разбил мой котелок. Вечерний чай с кусочками изумительно вкусной вяленой говядины при свете газовой горелки. И несколько часов полудремы под гул ветра, что набирал силу еще с вечера. Сквозь сон я слышал, как сорвало палатку у стоящих неподалеку соседей, и как они пытались в буран закрепить её снова. Труден сон на высоте. Усиленная, из-за низкой концентрации кислорода в воздухе, вентиляция легких сильно снижает количество углекислого газа в крови, который является своеобразным регулятором бессознательного дыхания. Во сне забываешь дышать, и в панике просыпаешься от удушья! Однако, при условии правильной акклиматизации, эти четыре с лишним километра высоты практически не доставляют дискомфорта, особенно при активной деятельности.

Неохота было вылезать из мягкого спальника и теплого нутра удачно натянутой палатки, где так уютно гудела малым пламенем газовая горелка. За палаткой – мороз градусов около 10. Ветер гуляет над гребнем морены, продувая шквальными порывами ложбину ледника. Ночь. Луна мертвенно освещает чёрные базальтовые скалы, ещё вчера так ярко сверкающие под солнцем. Крупнозернистый снег под ногами смерзся. И в него так хорошо врезается острие альпенштока и наточенные зубья кошек!

И так радостно делать первые шаги, первые сотни метров по этому пологому пока ледовому языку, освещая склон перед собой синеватым светом налобного фонарика. И не вселяют более растерянность предстоящие полтора километра по вертикали до самой высокой вершины Европы!

© «Туристический вестник», при копировании материала ссылка на первоисточник обязательна.

Что ещё читают:

загрузка…



Теги:

Оставить комментарий